От Сталина осталось: две смены белья, пара сапог, несколько кителей, набор трубок и гигантское государство. «Наследством», прямо скажем, распорядиться не удалось: слишком много оказалось глаз завидущих да рук загребущих. Впрочем, защищать свое мы умели лишь до тех пор, пока верили, что имеем на это полное моральное право. Пока цена ассоциировалась с победой, а не с баррелем.
Здесь когда-то было изображение.
А потом нас убедили: в основе крупного состояния кроется преступление. Правда, других наследников подобный нюанс нисколько не смущал, никто и не думал отказываться от богатства предков, какими бы законченными мерзавцами те ни были. Лишь мы добровольно согласились принести искупительную жертву ради нереальных ценностей. Сначала вынесли себе мозг, после с просторов СССР вынесли уже нас, некоторых – вперед ногами.