А знаеш ли ты, мой друг, абсолютно всё о своём мобильном телефоне, компьютере и прочей электронной “бытовушке” в твоём доме?.. Знаешь? Точно всё?
Ну тогда ради твоего информирования, дружище, будь добр ознакомься с нижеследующим материалом..
Ровно 50 лет назад, в последнюю неделю июня 1960 года, сразу 4 африканских государства были «освобождены» (Мадагаскар, Мали, Сомали и Конго). Африку освобождали оптом. Затем колониальная администрация выехала, но интересы бизнеса остались: их можно было уже отстаивать другим способом. Среди африканских стран были государства бедные на полезные ископаемые. Им относительно повезло — они не представляли особого интереса. Наиболее пострадали те, у кого что-то ценное все-таки было.
Конго считается одним из богатейших государств планеты. Население же — замыкает список бедности. Есть в Конго даже такое пожелание врагу: «чтоб тебе жить в золоте»…
Мы все пользуемся мобильными телефонами. Их продается до полумиллиарда в год, и в каждом использован колумбо-танталит, получаемый из колтановой руды, а 80% мировых залежей колтана находится как раз в Конго. И это не считая трети мировых запасов алмазов, почти половины запасов кобальта, четверти запасов урана, а также значительных нефтяных месторождений, меди, золота и серебра. Одно из богатейших государств мира могло бы позволить себе уровень жизни как минимум Эмиратов. Но есть компании America Mineral Fields Inc., а еще есть Nokia, Siemens, а также Cobatt (США), H.C. Starck (Германия), Ningxia (Китай) и целый ряд других…
50 лет в Конго практически не стихает война, именуемая и «конголезской гражданской» и «второй африканской» и «мировой колтановой». Вначале драчка шла за алмазы, а в 90-х появились мобильные телефоны, и начался «колтановый бум». За последние десять лет здесь погибло от 6 до 10 миллионов человек (по разным данным). Продолжается «священная» война (так ее называют некоторые группировки-участников) за контроль над рудниками колтана, сосредоточенными в провинции Южное Киву. Отсюда же массово бежит население (кто может).
Свои интересы в Конго есть у всех — кто туда только косвенно не влез. За колтан воюют национальные группировки тутси и хуту (скрывающие франко-американский конфликт интересов), религиозные секты, миссии иностранных государств, регулярные части соседних Руанды, Бурунди, Уганды и Анголы, российские и украинские летчики, китайские спецы и французские наемники, охранники частных бельгийских и французских фирм. Свалка всеобщая. Рудники колтана сосредоточены, к тому же, в двух национальных природных парках — и за последние годы здесь не осталось почти ни одной зверушки. Голодные армии съели всех горилл, слонов и жирафов, да и сама местность теперь напоминает лунный пейзаж.
К тому же, залежи колтана здесь перемешаны с залежами радиоактивного урана, а добывается он вручную с помощью лопаты и жестяного тазика. Итог: почти половина детей — мертворожденные. Шахтеры носят куски радиоактивной руды просто в карманах.
Еще одна проблема богатейшей страны — голод. В армиях, законных и незаконных вооруженных формированиях воюют до 70% всего мужского населения, остальные добывают колтан, получая около 1-2 долларов в день. Копают колтан на самодельных шахтах-копанках, где шахтеров постоянно и засыпает. Сельским хозяйством не занимается практически никто — смысла нет, все равно не сегодня-завтра пройдет какая-нибудь армия и сметет все подчистую. Только женщины еще как-то копошатся на огородах, чтобы прокормить детей. Но они сталкиваются с еще одной проблемой — по местным поверьям, изнасиловавший женщину солдат будет убережен от пули…
В провинции Южное Киву сейчас ежедневно (!) погибает до 1500 человек. Здесь воюют целых 33 вооруженных группы по принципу все против всех. Хуже всего, что направляемые сюда ооновские миротворцы тоже сразу же включаются в дележ прибылей от рудников — доходит до стычек уже между голубыми касками. Колтан нужен всем — его прибыльность значительно превышает доходы от алмазов, урана и золота.
Местные колдуны считают колтан «проклятым камнем», утверждая, что пока его весь не выкопают — спокойствия в Конго не будет.
Да, в 1960-м из Конго ушла бельгийская администрация, но осталась компания L’Union Miniere, которая очень неровно дышала в сторону алмазных копей. Попытавшийся национализировать рудники Лумумба прожил после этого, как известно, недолго. Поставленный на его место Мобуту 40 лет формально правил в столице, принимал военные парады и не встревал в то, что происходило в южной провинции. За это время Конго вошло в десятку наибеднейших стран, Мобуту — в десяток богатейших людей мира. А наемники из охранных бельгийских фирм тем временем активно воевали с конкурентами из других фирм, повстанцами и рейдерами из соседних государств. Но Мобуту свергли, как только начался колтановый бум, и обычная война приобрела характер беспощадной резни всех со всеми.
В мировой «драчке» за колтан, по оценкам СБ ООН, участвуют: Бельгия, Нидерланды, Великобритания, Россия, Китай, США, Канада, Франция, Швейцария, Германия, Индия и Малайзия (не считая африканских государств). Десять лет ООН требует ввести эмбарго на поставки оружия в этот регион, но результатов не видно. Колтан и оружие неразрывно связаны. Как сказал президент соседней Руанды, участвующей в битве за колтан (вначале на стороне французских компаний, затем американской Cobatt): «Эта война финансирует саму себя».
Вооружение, необходимое для захвата рудников, покупается за уже захваченный колтан, потом на проданный новый колтан покупается опять вооружение. Одно только Конго тратит в день около миллиона долларов на ведение войны (как и Руанда). Зачастую оружие покупается и на кредиты МВФ. В начале 2000-х МВФ высоко оценило быстроразвивающиеся экономики всех воюющих стран, показавших 6% рост — и выделил новые кредиты. Но население при таком росте убывает на глазах невероятными темпами: зачастую в армиях, кроме подростков, воевать некому.
Кроме регулярных армий, иностранных наемников и охранных фирм здесь ведь воюет еще «Движение за конголезскую демократию», недавно захватившее несколько рудников у города Гома, за месяц продавшее 150 тонн колтана, почти уничтожив население этого городка.
Воюет пришедшая из соседней Уганды «Армия Сопротивления Господа», печально прославившаяся ранее резней африканцев-католиков. Основана «божественная армия» была еще в 1987-м назад неким Джозефом Кони. Известна она также воровством детей по всей центральной Африке, «которые безгрешны и войдут в царствие божие». Из них делают недолговечных бойцов — пушечное мясо в борьбе за колтан. Периодически, завернутые в листки библии, части расчлененных тел «идейных» врагов разбрасывают по городкам и селам Уганды и Конго, причем все это делается во имя морали и нравственности.
Действует здесь и армия наемников Нкунды — пастора руандийской церкви «адвентистов 7-го дня», 20-тысячная армия из сектантов, негласно спонсируемая America Mineral Fields Inc. (контрольный пакет акций у четы Клинтон). В этом году, получив вооружение из Руанды, она потеснила ангольскую армию (китайские интересы) и конголезские правительственные войска, потребовав расторгнуть 9-миллиардный контракт с Китаем на разработку колтановых рудников.
Здесь действует и армия французских наемников Жана-Пьеру Бембе, местного олигарха, отхватившего в собственную вотчину кусок Конго, объявившего себя ни много ни мало — «представителем Христа в регионе». Из этого района колтан идет уже на изготовление процессоров Intel.
Сама схема поставок колтана очень непроста. Конголезские старатели вручную его добывают и сдают мелким дилерам-перекупщикам. Те, в свою очередь, нанимают частные самолеты из Украины и России, которые перевозят необработанную руду в соседние страны (преимущественно в Руанду). Далее груз, вывезенный из Конго, через правительственные компании, принадлежащие родственникам президентов Руанды или Уганды, доставляется в Европу. Здесь основную роль играют уже бельгийские фирмы. Большинство грузов приходит в аэропорт Остэнде (перевалочный пункт) и назад самолеты уже везут оружие из восточной Европы и России, а груз колтана через фирмы, зарегистрированные где-нибудь на Кипре, поставляется на перерабатывающие заводы.
Их немного, но их владельцы, по сути, главные спонсоры войны в Конго: Cobatt (США), H.C. Starck (Германия), Ningxia (Китай) и казахстанский перерабатывающий завод в Усть-Каменогорске. Последний предположительно через казахское руководство фактически контролирует швейцарский магнат Крис Хубер. Этот же казахско-швейцарский канал преимущественно и занимается набором летчиков в постсоветских странах. Сейчас ходит даже такая шутка: «в небе Африки нельзя летать без знания русского». Наши летчики («славные ребята») обслуживают все воюющие стороны, за день иногда просто развозя оружие всем участникам колтановой драки.
«Мобильный сочится кровью» — говорят в Африке.
В свое время южноафриканскую компанию «Де Бирс» удалось заставить покупать алмазы по «белым» схемам (не на черном рынке, где дешевле), просто фиксирующим происхождение товара. Добиться того же относительно колтана ООН не удается: в драке увязли все крупные страны — слишком уж велика прибыль.
Африканцы называют колтановый район «филиалом ада» и воевать здесь, собственно, вскоре будет уже некому. Поэтому неслучайно бельгийские правозащитники отмечают активизацию в восточной Европе частных охранных фирм, вербующих наемников в Конго. Just business.
