«Столицей Рутении, Южной (!), — читаем мы в одной из итальянских газет,- был тысячу лет тому назад Киев. В X и XI веках Рутения представляла собой сильное государство…» Не только в X веке, но даже и в XX веке имя «Рутения» в России неизвестно; вы его не найдете — как не найдете и слова «рутен» ни в вышеприведенном словаре Даля, ни в сорока томах «Русской энциклопедии» (1902), ни в двадцати девяти томах «Русской истории с древнейших времен » Соловьева (В «Русской энциклопедии» слово «рутен» упомянуто в статье «Русин» в качестве его перевода или, точнее, его иностранного искажения).
Термин «ruteni» встречается впервые у Цезаря; он обозначает им гальское племя, жившее на юге нынешней Auvergne; память о нем сохранялась долго в таких названиях, как «Augusta Rutenorum»; племя это, очевидно, никакого отношения к славянам не имеет, это лишь случайное созвучие (В «Catholic Encyclopedia» в статье «Ruthenians» названия вроде Augusta Rutenorum объясняются поселением в Южной Франции славян, взятых в плен Аэцием при поражении гуннов в битве при Шалоне (451 год). Нет ни малейшего основания рибегать к столь сложному объяснению при наличии семикратного упоминанния в «De bello galico» о галлах-рутенах. В указанной статье чувствуется вообще влияние украинофильской пропаганды; нельзя не пожалеть о такой неосмотрительности в серьезном издании).
В Венгрии при династии Арпада (997-1301) именем ruteni обозначали славянское племя, жившее (и ныне живущее) под южными склонами Карпат, то самое, которое в мае 1915 года уже видело (увы, на короткое время) авангарды русской армии, спускавшиеся для его освобождения. В подобных случаях, то есть в применении к славянским племенам, слово ruteni (rutheni) есть не что иное, как искаженное русское слово русин, которое встречается в древних русскихпамятниках, хотя и редко, но одинаково как в киевских, (см.выше о договорах Х века с греками), так и в новгородских (например, в договоре снемцами 1195 года); в этих памятниках слово русин никакого особого племенного значения не имеет, оно является синонимом слова «русский» (русский или русин, множественное число — русские, собирательное — русь).
В средние века термин ruteni (или rutheni) появляется у летописцев (впервые у польского летописца XI — XII веков Martinus Gallus) в весьма неопределенном значении; датский историк Saxo Grammaticus (1203 год) применяет применяет его для обозначения прибалтийских славян-христиан в отличие от их соплеменников-язычников; встречается оно и как средневековое латинское название русских вообще (как увидим ниже, не менее обычным нашим названием и по-латыни было: russi Russia).Позднейшие, более сведующие в русских делах писатели избегают его. Так, известный Герберштейн, императорский посол в Москве в 1517 году, рассуждая на первой странице своих «Записок» о происхождении слова «РУССКИЙ», упоминает, что по-немецки русских называют «Reissen», на латинском языке- «rutheni», но далее нигде уже этого слова не употребляет (на карте базельского издания его «Записок» (1556) верхнее течение Западной Двины обозначено «Dvina ruthenica», нижнее течение — «Dvina germanica», но и Волга тоже названа «Volga ruthenica»). Не упоминает его и Paolo Giovio из Комо, писавший о России в 1525 году. И в самом деле, зачем возобновлять отжившие неясные названия? Не станем же мы называть Китай Cathayum, Балтийское море — Варяжским и искать в России Птолемеевы Рифийские горы? К тому же имя «rutheni» имеет то неудобство, что обзначает и вероисповедное, и народное начало.
Племя rutenorum в Венгрии в силу своего географического положения было первым, среди которого была ввдена церковная уния (XIII век). Церковный латинский язык усвоил имя «ruthenus» для обозначения униатского обряда с богослужением на славянском языке (строго говоря, отдельного ritus ruthenus не существует, а есть изменения, внесенные прикарпатскими и галицийскими народностями и польским латинским духовенством в византийский обряд) также и других соседних славянских племен и переносил этот термин все далее на восток — в Галицию, Польшу и Малороссию. Это не удивительно: Церковь консервативна в своем языке, а цели ее выше племенных различий.
Иное значение приобрел термин приобрел в устах австрийского правительсва: он стал с середины прошлого столетия средством порвать у русских галичан сознания родства с русским народом, жившим под скипетром русского императора; там — русские, а вы, мол, рутены. Произвольная номенклатура племен, введение той или иной азбуки, изменение правописания (В Галиции введено фонетическое правописание: из русской азбуки выбросили три буквы и прибавили две новые — разница в целых пять букв; чего же лучше! Этим именно искусственным языком написана «История Украины» Грушевского, который всемерно стремится его отличным от русского. Цели своей он не достигает: культурный русский человек, преодолев с некоторым усилием первые две-три страницы, читает книгу потом свободно. Зато не понимает «украинского» языка простолюдин-малоросс: по словам проехавшей через Рим на днях русской делегации, насильственное его введение в официальную переписку вызвало в Украйне весьма сильное неудовольствие) — все это излюбленные австрийским правительством средства политической борьбы.
Для определения личности племени важно не то, как его называл иноплеменной летописсец, узнавший о его существовании, может быть, впервые из списка своег предшественника, не то вообще, как его именуют другие народы, а то, как он называет себя сам.По автрийской терминологии, все славянские племена (кроме польского народа и словаков), живущие в Галиции, Буковине и северо-восточной Венгрии (всего около пяти миллионов), называются Ruthenen, но они сами себя называют: в Галиции — русскими или русинами, в Буковине — русинами, русскими или малороссами, в Венгрии — русскими, малороссами и русняками.
Национальное сознание этих племен старательно забивалось; немногочисленный культурный класс до последнего времени систематически онемечивался или ополячивался; не мудрено поэтому, что общего названия для них не создалось, все же наиболее аспространенное название «русин» и «русский» (Вот подразделение русин (по-немецки Russinen и Ruthenen). В Галиции (в восточной ее части, за рекой Сан): покутяне (округа городов Кут и Коломыя), гуцулы (Коломыя, Станиславов, Косов), подоляне (к северу от Днестра), бойки, сами называющие себя горянами, (округ Стрыя), лемки, сами называющие себя русняками; все они говорят на одном и том же наркчии, подразделяющемся на 4 говора: подольский, гуцульский, бойковский и лемковский. В Буковине (в северной и северо-западной ее части, в округах Коцманском, Черновском Выжницком и Серетском): подоляне или поляне и гуцулы (в горах западной Буковины). В Венгрии (около 400000 человек по южным склонам Карпат в северо-восточной части ее, в комитатах Шаритском, Ужгородском, Бережском, Угочском и Мармарошском): верховницы или горешане — в горах; долиняне или дольшане, они же влахи (блахы) — в долинах; спишаки или крайняне — ославяненные румыны; значительная часть этого населения вышла из северной малороссийской части России (из Черниговской и смежных губерний) («Русская энциклопедия») — факт, для австрийского правительства не из приятных; и, конечно, не из преданности к средневековому схоластическому языку предпочло оно закрепить за этими племенами, как обобщающее название, имя «ruteni» (эти ruteni (russini), кои за последние два года переименованы в украинцев, не что иное как russi irredenti (подлежащие освобождению русские) Они 530 лет под иностранным владычеством и действительно«угнетенный народ».О дальнейшей судьбе его, с точки зрения вильсоновских принципов, не может быть двух мнений: войдя в орбиту русского народа, он должен разделить политическую судьбу его малороссийской ветви. Работу украинских комитетов в Северной Америке в этом смысле мы можем только приветствовать).