Glotov

В этом зале в текущем году неоднократно звучали слова о необходимости празднования приближающейся годовщины двадцатилетия российской Конституции. Подчеркивалось, и справедливо, важнейшее значение основного Закона страны для судеб граждан, всего нашего Отечества. Это все правильно.

Однако, думается мне, не поймет нас избиратель, а может и осудит, если Государственную Думу вновь, как и ранее, постигнет амнезия по поводу не менее важных для России, ее народов событий, произошедших также двадцать лет назад, в сентябре-октябре 1993 года. А они достойны не только воспоминаний. Как отмечают объективные историки, специалисты и эксперты, наконец, две независимые друг от друга комиссии Государственной Думы второго созыва именно в те дни осени 93 года Президентом России и его окружением с применением вооруженных сил, внутренних войск, отрядов милиции особого назначения был организован насильственный антиконституционный, антигосударственный переворот. Эпицентром этих событий являлась Москва. Переворот завершился уничтожением советской Конституции, в верности которой еще два года назад, 12 июня 1991 года, клялся избранный Президентом Б. Ельцин, советских органов народовластия и принятием на сомнительном (по нормативной основе, условиям, организации его проведения и результатам) референдуме новой Конституции.

Министерством здравоохранения РФ в настоящее время в припадке весеннего законотворчества (иначе не скажешь) разрабатывается законопроект «О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации (пересадке)», который вводит понятие волеизъявления на то, чтобы стать донором. То есть можно при жизни подписать документ, запрещающий или разрешающий подобные действия. А если документа такового нет, либо потенциальный донор является несовершеннолетним, согласие испрашивается у родственников. Если и их не обнаружено в течение двух часов, наступает «презумпция согласия», то есть мертвец заведомо считается «разрешенным к разборке» донором.

А вот что говорит по поводу этого законопроекта г-жа Людмила Лоцман, являющаяся помощником министра здравоохранения: «Например, волеизъявления нет, родственники не позвонили в течение двух часов после сообщения – в этом случае наступает презумпция согласия. Медицинская организация может изымать орган. Человек оставил это на усмотрение медицинских работников. В данном случае эти органы могут быть использованы для спасения жизни другого человека, родственники не выразили свое несогласие».

Депутат государственной думы Арефьев (КПРФ) об инициативе правительства в ограничении потребления электроэнергии населением.

Одна из самых броских черт современной российской власти — откровенная неприязнь к профессионалам. Мало найдётся в истории эпох, когда интеллектуалов искореняли бы столь бескомпромиссно и настойчиво, как это делается в постсоветской России. Заменяются они, как правило, публикой, не особо смыслящей в том, за что она берётся. Так что махровый дилетантизм за два последних десятилетия превратился в надёжный «пропуск», открывающий доступ на самые верхние ступени управления.

Когда антисоциалистические силы в августе 1991 года захватили власть и начали свои «реформы», то под крышами общежитий жили миллионы людей — порой целые фабричные и заводские посёлки. Государственный комитет по статистике СССР в 1991 году сообщал, что в общежитиях на тот момент проживали 3,1% семей страны. И вот налаженный в советские годы «жилищный конвейер» на полном ходу остановился. Новые собственники заводов и фабрик вместо того, чтобы передать жилые здания муниципалитетам, приватизировали их под видом производственных помещений. Более того, вскоре они стали перепродавать их вместе с жильцами различного рода мошенникам.

Похвальное слово общежитию

С лауреатом Нобелевской премии по физике, ректором основателем Санкт-­Петербургского Академического университета —научно­образовательного центра нанотехнологий РАН, академиком РАН беседует заместитель главного редактора газеты «Завтра» Владислав Шурыгин