azrael

Не мог пройти мимо, очень задело почему-то. Хотя к социальной рекламе у меня отношение не очень хорошее. А вам как?

Мальчик детсадовского возраста ерзает на лавке в электричке и отчаянно болтает ногами. Все выдает его крайне возбужденное негодование: и сжатые маленькие кулачки, и распахнутые для слез большие глаза, и нетерпеливые короткие реплики, которыми он прерывает свою старшую спутницу. Молодая женщина, очевидно мама мальчика, с выражением читает ему мрачную сцену из сказки: «Чиполино, Чиполино, сынок! – звал, растерянно оглядываясь по сторонам, бедный старик, когда его уводили солдаты…».
— Все, хватит! – негодование мальчика, вероятно, достигло предела. – Почему же они терпят?!
— Ну, у принца Лимона большая охрана, армия… – мама рассудительно разглаживает страницу.
— Но ведь остальных больше! Их же много! – мальчик в отчаянии ударяет маленьким кулачком по книжке, и она захлопывается. – Чего ж они?!

Я вот увидел этот без сомнения уникальный прибор и подумал: а ведь не дай бог моя бабушка увидит эту рекламу. Отдаст ведь треть пенсии, и будет радоваться жизни. Ведь прибор поистине уникален: при включении его в любую розетку он поглощает неправильную электроэнергию, а правильную — усиливает. Особенно это касается квартир со старой электропроводкой (читай, где живут наши мамы, папы, бабушки и дедушки), которые не справляются с динамичным электропотоком. А еще он устраняет напряжение сети, и защищает ее от скачков. Также он значительно снижает стоимость технического обслуживания оборудования.
Так что этот статический энергосберегатель решит все наши проблемы, и пусть рыженанист обанкротится.

Президент РФ крепко спал, прижавшись своим маленьким тельцем к пышным формам своей супруги. Премьер-министр не спал, а думал. В том числе про то, что ход с сидящим во время парада главнокомандующим крайне удался. Капля за каплей — и о его возвращения на пост президента страны будут кричать даже немые. Олигархи на своих виллах пили сделанную по спецзаказам водку, но уже начинали переходить на виски или отправляться в свои альковы трахать очередных нимфеток, которых щедро поставляли им элитные агентства. Вечеринка «Спасибо деду за Победу» в ночном клубе «Голден Доллс» как раз достигла апогея — девочки начали снимать свои «фронтовые» юбки и гимнастерки, под которыми было черное французское белье. Гастарбайтеры подмели Красную площадь, замусоренную после салюта, и разошлись по своим общагам, вагончиками и бытовкам. Что там русские празднуют, они понимали не вполне, да это им и не было особо интересно. Спустилась ночь.

И никто не видел, как по опустевшей Красной площади вдруг зашагали — молча, без музыки, без оркестра из полутора тысячи музыкантов, без голоса диктора из динамиков — солдаты.
Их, солдат, было очень много — пограничники и красноармейцы из котлов 41-го, злые мужики с автоматами в фуфайках и ватных штанах из развалин Сталинграда, упрямые и заматеревшие бойцы с Курской дуги, франтоватые и с огоньком в глазах победители из 44-го и 45-го. Их было действительно много — все семь миллионов солдат, павших за свою Советскую Родину — и они шли мимо Мавзолея, почему-то вдруг не отгороженного от площади фанерной загородкой. И все они смотрели на Мавзолей.
…А на Мавзолее стоял человек в фуражке и шинели без знаков различия и отдавал им честь. И они вот так и смотрели друг на друга — миллионы павших солдат Красной Армии и их Верховный Главнокомандующий.
Этого парада не показали бы по телевизору, даже если бы его и могли снять на телекамеры.
Но его никто не видел. Кроме кремлевских соколов, которых выпускают по ночам, чтобы они охотились на воронье и гадящих голубей. А также на крыс, которых в последнее время развелось так много в Кремле.