«Для шуток нет запретных тем, не правда ли?»

На самом деле — он принадлежал к одной из ветвей древнего, почти исчезнувшего купеческого рода, берущего свое начало в далекой Персии. В той самой Персии, которой правили белокурые и светлокожие воины, всадники, именующие себя ариями. В одну страшную ночь — это была ночь праздника, многие опились, огрузли, легли отдыхать — их всех перебили их слуги, относящиеся к другому народу… ага, тому самому, угадали. Всему этому — способствовала наложница того же самого народа, быстро ставшая любимой женой грозного царя — именно по ее наущению царь удалил от себя всадников, узаконил их убийство и приблизил к себе купцов и советников того самого народа. Уже через несколько лет — в империи начался страшный голод…
Род Самира — был в числе приближенных — но ему удалось пережить то, что сталось с ними потом. Уцелевший сын монарха, царевич Хосров внезапно появился под стенами столицы с отрядом всадников из числа детей уцелевших: горожане отказались защищать город и открыли ворота. Хосров собственноручно зарубил своего отца, после чего приказал схватить мачеху и выводок ее детей и бросить на пропитание голодным зверям. После чего — он приказал перебить всех представителей того самого народа, извести все их роды под корень и не оставить никого, даже младенцев. Приказ был выполнен — но империя уже никогда не поднялась с колен.
А род Самира — скрылся из Империи еще до этого: все те, кто устроил этот голод, кто спекулировал хлебом, скрылись одними из первых, едва почувствовав неладное — подставив под удар низы своего народа. Простых лавочников, старьевщиков, лекарей. Этот народ так и жил — при опасности его верхушка не отвечала за все, а бросала низы в адское пламя погромов, сама же скрывалась, чтобы начать все заново.
Род Самира — продолжился в Хазарии, став одним из олигархических родов. Тарханов. Род Самира — занимался работорговлей, став одним из крупнейших работорговых домов, он же скупал награбленное. Сами они — не захватывали рабов, они скупали тех, что привозили из походов воины. Воспитывали их, оценивали, переправляли дальше, продавали и перепродавали на невольничьих рынках. Особенно ценились наложницы со светлыми волосами и светлой кожей. Мужчинам рода — не возбранялось самим брать наложниц, а так как женщины их народа были болезненными, часто получалось так, что единственный наследник — оказывался от наложницы, а не от законной жены. С тех пор — в роду Самира стали порой появляться дети и совершенно неожиданными для людей его крови, голубыми глазами, а сами их черты — были лишены неких отталкивающих черт, таких как нос крючком. Еще одна черта — с возрастом они не полнели, не расплывались, оставаясь поджарыми как гончие собаки…
Снова им пришлось бежать — когда несметные русские полчища появились под стенами Итиля, хазарской столицы, перед этим разграбив и разгромив сеть сторожевых крепостей. По преданию — именно голубые глаза помогли некоторым спастись, переодевшись русскими воинами — все-таки штурм был достаточно долгим, и можно было раздобыть трофейный доспех. Именно с Итиля — вел свой отчет клан, к которому принадлежал и Самир, и основателем его — был сын главы клана от одной из наложниц с голубыми глазами: легенды гласили, что он даже побывал в Киеве. Итиля давно уже не было, не знали даже место где он должен был быть — но пока существовали такие как Самир существовал и Итиль. Существовала и тайная сеть, идти против которой было почти гарантированным самоубийством.
Многие века — род Самира прожил на территории восточной Турции, широко раскинув свою сеть по Османской империи. Эти люди помнили Итиль. И помнили то, что с ним сделали русские. Помнили они и то, от кого на самом деле идут некоторые народы, живущие в неприступных кавказских горах. И в горах — тоже помнили, передавали из уст в уста. Через века и поколения — проходила незримая нить, связывая людей и целые народы и давая надежду на возрождение. Но все помнили и знали, что надо сделать для возрождения.
Уничтожить русских! Уничтожить Россию!

Прохиндей Тарпищев,при ЕБНе себе и не то позволял,когда его прихватили за торговлю табаком и бухачем.