Это и есть свалка безымянных биотходов, в которые превратились любители пострелять за сотку зелени в день. А то слушая бравые отчёты донецкого новообразования, складывалось впечатление, что оно состоит сплошь из одних Дунканов Маклаудов. А кто-то ещё сомневался, что их хоронят, как собак, зарывая на полтора штыка.
Ну вот и вылезло истинное лицо (мурло) киевского нацизма. Вовремя Крым от укров сдернул, при таких нацистских взглядах еще до конца 2015 Харьков станет столицей Новороссии.
Это есть Донецкий нацизм, деточка, во всей его красе. Кто больше всех кричит про нацизм, сам и есть нацик с головы до пят. Разбрасывать столь театрально обезображенные трупы, способны лишь обезумевшие наёмники.
Это и называется "последний парад" — когда свои же из своих делают "жертв украинской армии"
А что вполне нормально... приходит украинская регулярная армия, вспарывает животы, отрезает головы, а потом весь этот суповой набор начинает ещё и хоронить.
Только вот одна неувязочка — никто так делать не будет, если не хочет, чтобы эти трупы нашли.
Пленные там, где им и положено быть. Если не слышал ими меняются помаленьку.
Кто тебе сказал, что "их находят после укров"? Российские СМИ? Так они этим и живут и дышат.
Кстате в Одессе в Доме профсоюзов было то же самое — часть сепаратистов и гражданских убиты выстрелом в голову, с сожжёнными лицами и руками.
Кому надо такое оставлять и показывать, как жертв украинских фашистов? Лица и руки жгли, чтобы нельзя было идентифицировать засланных казачков. Убийства внутри здания устроили те, кто там окопался, кстате заранее подготовившись. Скорее всего подранков и гражданских кончили... назову их — диверсанты, после чего они благополучно скрылись.
Можно сколько угодно обвинять нынешние киевские власти в геноциде и этнических чистках, но весь этот набор спутников фашизма придумали отнюдь не они. И даже, о чем мало кто задумывается, не Бенито Муссолини, которого почему-то незаслуженно считают предшественником и вдохновителем Гитлера.
Как выясняется, идеи расового превосходства относятся аккурат к середине 19-го века и берут начало в самой "высококультурной и цивилизованной" стране того времени – в Британии.
Уже в те времена в английском обществе был в ходу нашумевший афоризм: "Существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика", приписываемый целому ряду политиков – от малоизвестного публициста Генри Лабушера (1831–1912) до премьер-министра Бенджамина Дизраэли (1804–1881)
Среди авторов также числился радикальный политик-либерал сэр Чарльз Дилк (1843–1911), который, похоже, настолько поразился попыткам своих коллег исказить и приукрасить истинную роль своей родины в мировых делах, что как-то раз не выдержал и совсем не дипломатично заявил:
"Англосаксы – единственная истребляющая нация на земле. Никогда еще – вплоть до начала ставшего теперь уже неизбежным уничтожения индейцев (...), маори (коренные новозеландцы – авт.) и австралийцев (коренные австралийские аборигены – авт.) – ни одна столь многочисленная раса не была стерта с лица земли завоевателями"
Захар Прилепин: "Что хотим, то и поём, как хотим, так и скачем!"
Бойцы 1-го батальона теробороны "Волынь", в населённом пункте Никишино (30 километров северо-восточнее Донецка) осквернили местное кладбище, разбив все надгробия на могилах ветеранов Великой Отечественной войны.
Победили-таки. Мёртвых, но победили.
К несчастью, данный факт обсуждаться в российской прогрессивной блогосфере не будет. Потому что тут давно всем известно, что "правый уклон" украинского национально-освободительного движения придумали в России.
В Харьков вчера заехала тысяча ультрас и бьют всех неблагонадёжных, рискующих выйти на улицу, достаётся и милиции. Патриоты Майдана на марше. Нашли одно захоронение мирных жителей на Донбассе, потом другое, это тоже ничего. Реакция? "Нас больше волнует происходящее в России". А и правда, давайте-ка обсудим великорусскую спесь, господа, это — тема! nakanune.ru
И опять цитата из любимой книги нашего сообщества. Снова "Бравый солдат Швейк":
На одной станции миновали дерево, на котором висел крестьянин-русин и двое его детей, мальчик и девочка. Внизу болталась бумажка с надписью: «Spionen». Висели они уже долго, лица почернели. Повешенный мальчик смотрел в лицо сестричке.
Швейк буркнул, что детей-то, наверное, все-таки по ошибке повесили, за что Дауэрлинг съездил ему по физиономии слева и справа, в бешенстве заорав, что пора изничтожить всю преступную славянскую банду, чтобы мокрого места от нее не осталось, а когда они прибудут в Россию, он первым будет вешать детей, дабы стереть с лица земли все славянское племя.
Он до того остервенел, что слюна у него изо рта потекла прямо по мундиру. И без всяких там судов! Всех подряд на виселицу! Славян сперва вешать надо, а уж потом жалеть! В приступе безудержного героизма Дауэрлинг оплевал все окно.
Из окошка вагона открывался все тот же невеселый вид на сожженные деревни, вырубленные леса, покореженные окопами поля, и всюду кресты, кресты, кресты. Такой была вся Восточная Галиция
"В Луганском аэропорту покончили с украми с помощью ТЕРМОБАРИЧЕСКИХ боеприпасов... (спецы — знают....) " — ты забыл дописать что российских войск в Украине нет,
а завтра ДНР разработает и успешно применит ядерное оружие
"И только идиот верит, что Российских войск — НЕТ в Новороссии..." — тут таких идиотов камаз с прицепов, и ты в президиуме тусуешься
вот от таких идиотов Украина и обороняется
С самого начала христианской эры появляется первая ветхозаветная апостасия — ересь гностицизма. Основателем древнейшей гностической секты считается главный соперник апостола Павла — иудей Симон Волхв. «Он учился в неоплатонических школах Александрии под руководством еврея Филона, прозванного «еврейским Платоном», — пишет французский исследователь Луи Дасте[18]. Из прочих гностических сект того времени, порожденных иудаизмом, наиболее известны каиниты.
При этом и «масонские мифы говорят, что строитель Соломонова храма Гирам вел свой род отКаина, который якобы происходил от связи Евы с Люцифером. От связи же между Гирамом и царицей Савской, (также ведущей свой род от Каина), должна идти вечная дружина работников, которая во все времена соберется во имя его» — пишет масонский историк Лекуте[19]. Т.е., по сути, речь идет о детях дьявола, которых упорно воспроизводит мировоззренческую концепцию «избранности»…
Изначально они действовали силой. «Во II веке евреи, составляя большинство на острове Кипре, задумали основать там еврейское государство; они неожиданно умертвили… множество греков-христиан. При этом они проявили страшную жестокость»[20]. По свидетельству римского историка Диона Кассия, во время того восстания в Иудее в 115 г., в Киренаике иудеи перебили уже около 200 тысяч мирного христианского и нееврейского населения. То же проделали восставшие иудеи на захваченном ими острове Кипре, где они замучили и перерезали около 240 тысяч киприотов, по большей части христиан. Торжествовавшие свою победу «евреи ели плоть побежденных, бегали по улицам городов, препоясанные окровавленными кишками или замотанными в кожу зарезанных ими христиан»[21].
Ни к каким результатам это злодейство не привело, «избранные» понесли жесткое наказание, и с тех пор иудейская сила больше открыто не действовала, а постепенно замкнулась на много веков в тайное общество, стараясь лишь вносить развал и разложение в среду своих противников, которыми они считают всех «неизбранных». И прежде всего христиан – что нашло отражение в талмуде и многочисленных комментариях к нему.
С тех пор «ветхозаветное» мировоззрение «избранности» — гордыня – продолжала творить страшные преступления в куда более изощренной форме… одновременно жестко наказывая и самих «избранных»[22].
«Мыши кололись, плакали, но продолжали жрать кактус»…«угаживая всех вокруг…» zavtra.ru
После гибели «Еноха» власть над Мюнстером перешла к «Иоанну Лейденскому». Сначала ему «Господь замкнул уста на три дня», после чего тов. Бокельзон-Лейденский объявил, что ему было откровение — о новом правлении в городе. Новый Судия Израильский тут же взялся за дело: упразднил Сенат, хотя тот состоял весь из послушных «пророку» анабаптистов и вместо Сената назначил совет «старейшин двенадцати колен израильских». Ими, без всяких выборов, стали влиятельнейшие из голландских проповедников. Изданная Бокельзоном конституция из 33-х статей, а том числе гласила: «Все, что Старейшины решат для блага Нового Иерусалима, будет сообщено общему собранию израильтян через пророка Иоанна Лейденского, верного слугу Высочайшего»; «Обеды будут вкушаться всенародно сообща; каждый примет все то, что ему подадут, будет есть скромно, в тишине; братья и сестры будут разделены и в сосредоточении будут слушать чтение, которое им предложат из Ветхого Завета». Согласно 29 статьи «Всякий иностранец иной веры, который войдет в город, будет допрошен Книппердоллингом. Разговоры с иностранцами не дозволены никому, кроме Старейшин; остальные дети Израиля должны избегать сношений с язычниками».
Ссылаясь на пример ветхозаветных патриархов, «Иоанн Лейденский» объявил обязательным многоженство. Новому закону благоприятствовало то, что после изгнания «безбожников» в Мюнстере оказалось в 2-3 раза больше женщин, чем мужчин. Введение многоженства было дополнено законом, согласно которому все женщины, возраст которых этому не препятствовал, были обязаны иметь мужа. Начался дележ женщин. Тех, кто отказывался – предавали казни.
Очевидцы рассказывают о насилиях и самоубийствах. Об атмосфере, в которой осуществлялся этот закон, говорит другое постановление, запрещавшее при выборе жены врываться толпой в дом. Можно себе представить, какова была жизнь новых семей. И в нее ещё вмешивались власти, время от времени устраивая публичные казни непокорных жен. «Пророк» саморучно отрубил голову той, которая ему отказала, а другие его жены в это время пели «Слава Богу Всевышнему». При таком законодательстве в Новом Cионе начался такой разврат и насилие, что в городе не оставалось ни одной девственницы старше 10-11 лет.
«Они единодушно порешили, что все имущество должно быть общим, что каждый должен отдать свое серебро, золото и деньги. В конце концов все это и сделали».
На этом «пророк» не успокоился («жид, что мешок, никогда не насыплешь»), поэтому в городе появился новый еврейский «пророк» — Дузентшнер из Варендорфа, который провозгласил полученное им от Бога указание — помазать «Иоанна Лейденского» в Цари Всего Мира. Это божественное указание было выполнено, и Дузентшнер возвел Иоанна «на престол его отца Давида» и всенародно помазал его елеем на царство Сиона. Вице-королем был назначен главный палач Книппердоллинг («почти как Дзержинский»).
Из реквизированного золота и камней свежеиспеченному Царю Сиона сделали две короны – царскую и имперскую. Его эмблемой стал земной шар с двумя скрещивающимися мечами — знак власти над все миром. «Царь» появлялся под звуки фанфар, в сопровождении конной гвардии. Впереди шел гофмейстер с белым жезлом, позади — роскошно одетые пажи; один нес меч, другой — книгу Ветхого Завета. Дальше следовал разодетый в шелка двор. Все встречные должны были падать на колени.
«Тов. Дивара возглавили культурный сектор». Для жителей «революционного Мюнстера» она вместе с остальными служительницами борделя устраивала театральные представления, в некоторых пародировалось богослужение. Другие представления имели социальное направление — например, «разговор богача с Лазарем». Улицы города и все известные здания были переименованы. Новорожденным давали вновь изобретенные имена.
Однажды на пир к Царю были созваны 4200 жителей. Царь и царица угощали их. Потом пели гимн «Слава Богу Всевышнему». Вдруг Иоанн Лейденский заметил среди гостей кого-то, кто показался ему чужим: «Он не был в брачных одеждах». Решив, что это Иуда, царь тут же отрубил ему голову. После этого пир продолжался.
Царь Cиона и Всего Мира имел видение, из которого он узнал, что никто не должен иметь больше одного кафтана, двух пар чулок и трех рубашек. Этому должны были подчиниться все, не принадлежащие ко двору. Все остальное имущество было отобрано и снесено в склады Царя Израильского. Многие мюнстерцы пробовали соединиться и низвергнуть тиранию анабаптистов. Однажды восставшим удалось схватить и посадить в тюрьму всех «пророков» и старейшин израильских, но были окружены голландцами и фризами, сохранившими верность тов. Бокельзону. Восставших привязали к деревьям, Бокельзон подбадривал «Кто сделает первый выстрел, окажет услугу Богу». Далее казни происходили почти каждый день: например, 3 июня 1535 г. казнили 52 человека; 5 июня — 3; 6 и 7 июня — по 18 и т. д.
Все это время войска фон Вальдека осаждали город, который храбро защищало воинство Cиона. Впрочем, к тому времени большая часть коренных жителей Мюнстера была либо в изгнании, либо погибла, а город кишел иудействующими фантиками со всей Европы, в особенности из Голландии. zavtra.ru
Александр Александрович Фадеев. Молодая гвардия
Пусть эта книга будет твоим верным товарищем.
Герои ее — твои сверстники. Если бы они жили сейчас, они были бы твоими друзьями.
Береги эту книгу, ее написал хороший человек — для тебя.И все равно, как ты получил ее: в подарок от школы или от родителей, или сам заработал деньги и купил на свою первую получку, — пусть она будет всегда с тобой. Она поможет тебе вырасти настоящим гражданином нашей великой Родины.
Как ни привык он с начала войны жить так, как он жил, как ни притерпелся к собственному дурному запаху, все-таки он испытывал невыразимое наслаждение, когда наконец-то смог снять все с себя и побыть некоторое время голым, без этой тяжести на теле. Он был полным от природы, а с годами стал просто грузнеть и сильно потел под своим черным мундиром. Белье, не сменявшееся несколько месяцев, стало склизким и вонючим от пропитавшего его и прокисшего пота и изжелта-черным от линявшего с изнанки мундира.
Петер Фенбонг снял белье и остался совсем голым, с телом, давно не мытым, но белым от природы, поросшим по груди и по ногам и даже немного по спине светлым курчавым волосом. И, когда он снял белье, обнаружилось, что он носит на теле своеобразные вериги. Это были даже не вериги, это походило скорее на длинную ленту для патронов, какую носили в старину китайские солдаты. Это была разделенная на маленькие карманчики, каждый из которых был застегнут на пуговичку, длинная лента из прорезиненной материи, обвивавшая тело Петера Фенбонга крест-накрест через оба плеча и охватывавшая его повыше пояса. Сбоку она была стянута замызганными белыми тесемками, завязанными бантиком. Большая часть этих маленьких, размером в обойму, карманчиков была туго набита, а меньшая часть была еще пуста. он бережно отстегнул пуговицу внутреннего кармана мундира и вынул маленький, похожий на кисет кожаный мешочек, из которого он высылал на стол штук тридцать золотых зубов. Он хотел было распределить их в два-три еще не заполненных карманчика ленты. Но раз уж ему повезло остаться одному, он не удержался, чтобы не полюбоваться содержимым других наполненных карманчиков, — он так давно не видел всего этого. И он, аккуратно расстегивая пуговичку за пуговичкой, стал раскладывать по столу содержимое карманчиков отдельными кучками и стопками и вскоре обложил ими весь стол. Да, было на что посмотреть!
Здесь была валюта многих стран света — американские доллары и английские шиллинги, франки французские и бельгийские, кроны австрийские, чешские, норвежские, румынские леи, итальянские лиры. Они были подобраны по странам, золотые монеты к золотым, серебряные к серебряным, бумажки к бумажкам, среди которых была даже аккуратная стопка советских "синеньких", то есть сотенных, от которых он, правда, не ожидал никакой материальной выгоды, но которые все же оставил у себя, потому что жадность его уже переросла в маниакальную страсть коллекционирования. Здесь были кучки мелких золотых предметов — колец, перстней, булавок, брошек — с драгоценными камнями и без них и отдельно кучки драгоценных камней и золотых зубов.
Несмотря на обилие этих мелких предметов и денег, он мог бы, разбирая каждую денежку и каждую безделушку, рассказать, где, когда, при каких условиях и у кого он ее отобрал или с кого снял и у кого были вырваны зубы, потому что с того самого момента, как он пришел к выводу, что он должен делать это, чтобы не остаться в дураках, он лишь этим и жил, — все остальное было уже только видимостью жизни.
Зубы он вырывал не только у мертвых, а и у живых, но все же он предпочитал мертвых, у которых можно было рвать их без особых хлопот. И, когда в партии арестованных он видел людей с золотыми зубами, он ловил себя на том, что ему хотелось, чтобы скорей кончалась вся эта процедура допросов и чтобы этих людей скорей можно было умертвить.
Их было так много, умерщвленных, истерзанных, ограбленных, мужчин, женщин, детей, стоящих за этими денежками, зубами и безделушками, что, когда он смотрел на все это, к чувству сладостного возбуждения и расположения к самому себе всегда примешивалось и некоторое беспокойство. Оно исходило, однако, не от него самого, Петера Фенбонга, а от некоего воображаемого, очень прилично одетого господина, вполне джентльмена, с перстнем на полном мизинце, в мягкой дорогой светлой шляпе, с лицом гладко выбритым, корректным и преисполненным осуждения по отношению к Петеру Фенбонгу.
Комментарии
дерьму место в канализации,
сатанистам в катакомбах,
а нацистам — под гусеницами русских танков
На Западе — никто.
А что вполне нормально... приходит украинская регулярная армия, вспарывает животы, отрезает головы, а потом весь этот суповой набор начинает ещё и хоронить.
Только вот одна неувязочка — никто так делать не будет, если не хочет, чтобы эти трупы нашли.
Кто тебе сказал, что "их находят после укров"? Российские СМИ? Так они этим и живут и дышат.
Кстате в Одессе в Доме профсоюзов было то же самое — часть сепаратистов и гражданских убиты выстрелом в голову, с сожжёнными лицами и руками.
Кому надо такое оставлять и показывать, как жертв украинских фашистов? Лица и руки жгли, чтобы нельзя было идентифицировать засланных казачков. Убийства внутри здания устроили те, кто там окопался, кстате заранее подготовившись. Скорее всего подранков и гражданских кончили... назову их — диверсанты, после чего они благополучно скрылись.
Кстате, не забыл про "козырь" со сбитым самолётом? Это козырный туз, но пока про него забыли.
Как выясняется, идеи расового превосходства относятся аккурат к середине 19-го века и берут начало в самой "высококультурной и цивилизованной" стране того времени – в Британии.
Уже в те времена в английском обществе был в ходу нашумевший афоризм: "Существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика", приписываемый целому ряду политиков – от малоизвестного публициста Генри Лабушера (1831–1912) до премьер-министра Бенджамина Дизраэли (1804–1881)
Среди авторов также числился радикальный политик-либерал сэр Чарльз Дилк (1843–1911), который, похоже, настолько поразился попыткам своих коллег исказить и приукрасить истинную роль своей родины в мировых делах, что как-то раз не выдержал и совсем не дипломатично заявил:
"Англосаксы – единственная истребляющая нация на земле. Никогда еще – вплоть до начала ставшего теперь уже неизбежным уничтожения индейцев (...), маори (коренные новозеландцы – авт.) и австралийцев (коренные австралийские аборигены – авт.) – ни одна столь многочисленная раса не была стерта с лица земли завоевателями"
Бойцы 1-го батальона теробороны "Волынь", в населённом пункте Никишино (30 километров северо-восточнее Донецка) осквернили местное кладбище, разбив все надгробия на могилах ветеранов Великой Отечественной войны.
Победили-таки. Мёртвых, но победили.
К несчастью, данный факт обсуждаться в российской прогрессивной блогосфере не будет. Потому что тут давно всем известно, что "правый уклон" украинского национально-освободительного движения придумали в России.
В Харьков вчера заехала тысяча ультрас и бьют всех неблагонадёжных, рискующих выйти на улицу, достаётся и милиции. Патриоты Майдана на марше. Нашли одно захоронение мирных жителей на Донбассе, потом другое, это тоже ничего. Реакция? "Нас больше волнует происходящее в России". А и правда, давайте-ка обсудим великорусскую спесь, господа, это — тема!
nakanune.ru
На одной станции миновали дерево, на котором висел крестьянин-русин и двое его детей, мальчик и девочка. Внизу болталась бумажка с надписью: «Spionen». Висели они уже долго, лица почернели. Повешенный мальчик смотрел в лицо сестричке.
Швейк буркнул, что детей-то, наверное, все-таки по ошибке повесили, за что Дауэрлинг съездил ему по физиономии слева и справа, в бешенстве заорав, что пора изничтожить всю преступную славянскую банду, чтобы мокрого места от нее не осталось, а когда они прибудут в Россию, он первым будет вешать детей, дабы стереть с лица земли все славянское племя.
Он до того остервенел, что слюна у него изо рта потекла прямо по мундиру. И без всяких там судов! Всех подряд на виселицу! Славян сперва вешать надо, а уж потом жалеть! В приступе безудержного героизма Дауэрлинг оплевал все окно.
Из окошка вагона открывался все тот же невеселый вид на сожженные деревни, вырубленные леса, покореженные окопами поля, и всюду кресты, кресты, кресты. Такой была вся Восточная Галиция
а завтра ДНР разработает и успешно применит ядерное оружие
вот от таких идиотов Украина и обороняется
При этом и «масонские мифы говорят, что строитель Соломонова храма Гирам вел свой род отКаина, который якобы происходил от связи Евы с Люцифером. От связи же между Гирамом и царицей Савской, (также ведущей свой род от Каина), должна идти вечная дружина работников, которая во все времена соберется во имя его» — пишет масонский историк Лекуте[19]. Т.е., по сути, речь идет о детях дьявола, которых упорно воспроизводит мировоззренческую концепцию «избранности»…
Изначально они действовали силой. «Во II веке евреи, составляя большинство на острове Кипре, задумали основать там еврейское государство; они неожиданно умертвили… множество греков-христиан. При этом они проявили страшную жестокость»[20]. По свидетельству римского историка Диона Кассия, во время того восстания в Иудее в 115 г., в Киренаике иудеи перебили уже около 200 тысяч мирного христианского и нееврейского населения. То же проделали восставшие иудеи на захваченном ими острове Кипре, где они замучили и перерезали около 240 тысяч киприотов, по большей части христиан. Торжествовавшие свою победу «евреи ели плоть побежденных, бегали по улицам городов, препоясанные окровавленными кишками или замотанными в кожу зарезанных ими христиан»[21].
Ни к каким результатам это злодейство не привело, «избранные» понесли жесткое наказание, и с тех пор иудейская сила больше открыто не действовала, а постепенно замкнулась на много веков в тайное общество, стараясь лишь вносить развал и разложение в среду своих противников, которыми они считают всех «неизбранных». И прежде всего христиан – что нашло отражение в талмуде и многочисленных комментариях к нему.
С тех пор «ветхозаветное» мировоззрение «избранности» — гордыня – продолжала творить страшные преступления в куда более изощренной форме… одновременно жестко наказывая и самих «избранных»[22].
«Мыши кололись, плакали, но продолжали жрать кактус»…«угаживая всех вокруг…»
zavtra.ru
Ссылаясь на пример ветхозаветных патриархов, «Иоанн Лейденский» объявил обязательным многоженство. Новому закону благоприятствовало то, что после изгнания «безбожников» в Мюнстере оказалось в 2-3 раза больше женщин, чем мужчин. Введение многоженства было дополнено законом, согласно которому все женщины, возраст которых этому не препятствовал, были обязаны иметь мужа. Начался дележ женщин. Тех, кто отказывался – предавали казни.
«Они единодушно порешили, что все имущество должно быть общим, что каждый должен отдать свое серебро, золото и деньги. В конце концов все это и сделали».
На этом «пророк» не успокоился («жид, что мешок, никогда не насыплешь»), поэтому в городе появился новый еврейский «пророк» — Дузентшнер из Варендорфа, который провозгласил полученное им от Бога указание — помазать «Иоанна Лейденского» в Цари Всего Мира. Это божественное указание было выполнено, и Дузентшнер возвел Иоанна «на престол его отца Давида» и всенародно помазал его елеем на царство Сиона. Вице-королем был назначен главный палач Книппердоллинг («почти как Дзержинский»).
Из реквизированного золота и камней свежеиспеченному Царю Сиона сделали две короны – царскую и имперскую. Его эмблемой стал земной шар с двумя скрещивающимися мечами — знак власти над все миром. «Царь» появлялся под звуки фанфар, в сопровождении конной гвардии. Впереди шел гофмейстер с белым жезлом, позади — роскошно одетые пажи; один нес меч, другой — книгу Ветхого Завета. Дальше следовал разодетый в шелка двор. Все встречные должны были падать на колени.
«Тов. Дивара возглавили культурный сектор». Для жителей «революционного Мюнстера» она вместе с остальными служительницами борделя устраивала театральные представления, в некоторых пародировалось богослужение. Другие представления имели социальное направление — например, «разговор богача с Лазарем». Улицы города и все известные здания были переименованы. Новорожденным давали вновь изобретенные имена.
Однажды на пир к Царю были созваны 4200 жителей. Царь и царица угощали их. Потом пели гимн «Слава Богу Всевышнему». Вдруг Иоанн Лейденский заметил среди гостей кого-то, кто показался ему чужим: «Он не был в брачных одеждах». Решив, что это Иуда, царь тут же отрубил ему голову. После этого пир продолжался.
Царь Cиона и Всего Мира имел видение, из которого он узнал, что никто не должен иметь больше одного кафтана, двух пар чулок и трех рубашек. Этому должны были подчиниться все, не принадлежащие ко двору. Все остальное имущество было отобрано и снесено в склады Царя Израильского. Многие мюнстерцы пробовали соединиться и низвергнуть тиранию анабаптистов. Однажды восставшим удалось схватить и посадить в тюрьму всех «пророков» и старейшин израильских, но были окружены голландцами и фризами, сохранившими верность тов. Бокельзону. Восставших привязали к деревьям, Бокельзон подбадривал «Кто сделает первый выстрел, окажет услугу Богу». Далее казни происходили почти каждый день: например, 3 июня 1535 г. казнили 52 человека; 5 июня — 3; 6 и 7 июня — по 18 и т. д.
Все это время войска фон Вальдека осаждали город, который храбро защищало воинство Cиона. Впрочем, к тому времени большая часть коренных жителей Мюнстера была либо в изгнании, либо погибла, а город кишел иудействующими фантиками со всей Европы, в особенности из Голландии.
zavtra.ru
Пусть эта книга будет твоим верным товарищем.
Герои ее — твои сверстники. Если бы они жили сейчас, они были бы твоими друзьями.
Береги эту книгу, ее написал хороший человек — для тебя.И все равно, как ты получил ее: в подарок от школы или от родителей, или сам заработал деньги и купил на свою первую получку, — пусть она будет всегда с тобой. Она поможет тебе вырасти настоящим гражданином нашей великой Родины.
Как ни привык он с начала войны жить так, как он жил, как ни притерпелся к собственному дурному запаху, все-таки он испытывал невыразимое наслаждение, когда наконец-то смог снять все с себя и побыть некоторое время голым, без этой тяжести на теле. Он был полным от природы, а с годами стал просто грузнеть и сильно потел под своим черным мундиром. Белье, не сменявшееся несколько месяцев, стало склизким и вонючим от пропитавшего его и прокисшего пота и изжелта-черным от линявшего с изнанки мундира.
Петер Фенбонг снял белье и остался совсем голым, с телом, давно не мытым, но белым от природы, поросшим по груди и по ногам и даже немного по спине светлым курчавым волосом. И, когда он снял белье, обнаружилось, что он носит на теле своеобразные вериги. Это были даже не вериги, это походило скорее на длинную ленту для патронов, какую носили в старину китайские солдаты. Это была разделенная на маленькие карманчики, каждый из которых был застегнут на пуговичку, длинная лента из прорезиненной материи, обвивавшая тело Петера Фенбонга крест-накрест через оба плеча и охватывавшая его повыше пояса. Сбоку она была стянута замызганными белыми тесемками, завязанными бантиком. Большая часть этих маленьких, размером в обойму, карманчиков была туго набита, а меньшая часть была еще пуста. он бережно отстегнул пуговицу внутреннего кармана мундира и вынул маленький, похожий на кисет кожаный мешочек, из которого он высылал на стол штук тридцать золотых зубов. Он хотел было распределить их в два-три еще не заполненных карманчика ленты. Но раз уж ему повезло остаться одному, он не удержался, чтобы не полюбоваться содержимым других наполненных карманчиков, — он так давно не видел всего этого. И он, аккуратно расстегивая пуговичку за пуговичкой, стал раскладывать по столу содержимое карманчиков отдельными кучками и стопками и вскоре обложил ими весь стол. Да, было на что посмотреть!
Здесь была валюта многих стран света — американские доллары и английские шиллинги, франки французские и бельгийские, кроны австрийские, чешские, норвежские, румынские леи, итальянские лиры. Они были подобраны по странам, золотые монеты к золотым, серебряные к серебряным, бумажки к бумажкам, среди которых была даже аккуратная стопка советских "синеньких", то есть сотенных, от которых он, правда, не ожидал никакой материальной выгоды, но которые все же оставил у себя, потому что жадность его уже переросла в маниакальную страсть коллекционирования. Здесь были кучки мелких золотых предметов — колец, перстней, булавок, брошек — с драгоценными камнями и без них и отдельно кучки драгоценных камней и золотых зубов.
Несмотря на обилие этих мелких предметов и денег, он мог бы, разбирая каждую денежку и каждую безделушку, рассказать, где, когда, при каких условиях и у кого он ее отобрал или с кого снял и у кого были вырваны зубы, потому что с того самого момента, как он пришел к выводу, что он должен делать это, чтобы не остаться в дураках, он лишь этим и жил, — все остальное было уже только видимостью жизни.
Зубы он вырывал не только у мертвых, а и у живых, но все же он предпочитал мертвых, у которых можно было рвать их без особых хлопот. И, когда в партии арестованных он видел людей с золотыми зубами, он ловил себя на том, что ему хотелось, чтобы скорей кончалась вся эта процедура допросов и чтобы этих людей скорей можно было умертвить.
Их было так много, умерщвленных, истерзанных, ограбленных, мужчин, женщин, детей, стоящих за этими денежками, зубами и безделушками, что, когда он смотрел на все это, к чувству сладостного возбуждения и расположения к самому себе всегда примешивалось и некоторое беспокойство. Оно исходило, однако, не от него самого, Петера Фенбонга, а от некоего воображаемого, очень прилично одетого господина, вполне джентльмена, с перстнем на полном мизинце, в мягкой дорогой светлой шляпе, с лицом гладко выбритым, корректным и преисполненным осуждения по отношению к Петеру Фенбонгу.