Немцы и их союзники получали в сутки по 400 г хлеба (после 1943 года эта норма выросла до 600-700 г), 100 г рыбы, 100 г крупы, 500 г овощей и картофеля, 20 г сахара, 30 г соли, а также немного муки, чая, растительного масла, уксуса, перца. У генералов, а также солдат, больных дистрофией, суточный паек был побогаче.
Продолжительность трудового дня пленных составляла 8 часов. Согласно циркуляру НКВД СССР от 25 августа 1942 года они имели право на небольшое денежное довольствие. Рядовым и младшим командирам выплачивалось 7 рублей в месяц, офицерам — 10, полковникам — 15, генералам — 30 рублей. Военнопленным, которые трудились на нормированных работах, выдавались дополнительные суммы в зависимости от выработки. Перевыполняющим нормы полагалось 50 рублей ежемесячно. Те же дополнительные деньги получали бригадиры. При отличной работе сумма их вознаграждения могла вырасти до 100 целковых. Деньги, превышающие разрешенные нормы, военнопленные могли хранить в сберкассах. Кстати, они имели право на получение денежных переводов и посылок с родины, могли получать 1 письмо в месяц и отправлять неограниченное количество писем.
Кроме того, им бесплатно выдавалось мыло. Если одежда находилась в плачевном состоянии, то пленные получали даром телогрейки, шаровары, теплые шапки, ботинки и портянки.
Обезоруженные солдаты армий гитлеровского блока трудились в советском тылу там, где не хватало рабочих рук. Пленных можно было увидеть на лесоповале в тайге, на колхозных полях, у станков, на стройках.
Были и неудобства. Скажем, офицерам и генералам запрещалось иметь денщиков.(кстати, за годы войны Красной Армии сдалось около 200 генералов).
ага, у вас, пропиндосских шавок, один прицел: какие бы зверства наглосаксы или фашисты ни совершали, всегда можно бездоказательно сбрехать: "а в СССР было не лучше!"
Делоо не в этом. Все спец группы используют метод "горячего" допроса.. НО это в боевых условиях. А тут лицемерие в полный рост. Я давно говрил что все эти толерасты и дерьмократы страшные твари.... Надол опять на такнках но уже дло Ла-Манша и форсировать его... Ну а пендосню просто размазать тополями и ярасами.. И оставшимися ракетами...
Это кого-то ещё удивляет? Мир был залит кровью по самые брови и вы ждали от людей войны институтских политесов? Сейчас идёт новая война, точней она только начинается раскручиваться и кто-то думает, что методы допроса на ней будут иными? Да Бог мой, товарищ Менгеле блеванёт от тех методов, которые будут применяться и самые кошмарные пыточные комнаты Гестапо покажутся комнатой матери и ребёнка, по сравнению с ними.
Интересно, а что возмутило автора? "Пытки" злых спецслужб? Ну эт да... Вот если бы к добрым наци, смотрящим на мир восторженными голубыми глазами, подходил джентльмен и воспрошал "А не изволит ли досточтимый сэр поделиться информацией? Нет? Как это грустно" — и уходил рыдать в темный уголок, вот это был бы образец работы нормальной спецслужбы... А пытки, мат, грязь и побои — это же так грубо. Гламурнее надо быть, гламурнее!
Комментарии
Константин Симонов. Убей его
Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;
Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;
Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчел
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;
Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме немец топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал...
Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;
Если вынести нету сил,
Чтоб немец, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;
Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель...
Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,
Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,
Чтоб солдатский портрет в крестах
Немец взял и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал...
Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел,— так ее любил,—
Чтобы немцы ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;
Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви...
Если ты не хочешь
Навек отдать немцу с черным его ружьём
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем,—
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Если немца убил твой брат,
Если немца убил сосед,—
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Если немца убил твой брат,—
Это он, а не ты солдат.
Так убей же немца, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.
Так хотел он, его вина,—
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.
Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.
Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!
Продолжительность трудового дня пленных составляла 8 часов. Согласно циркуляру НКВД СССР от 25 августа 1942 года они имели право на небольшое денежное довольствие. Рядовым и младшим командирам выплачивалось 7 рублей в месяц, офицерам — 10, полковникам — 15, генералам — 30 рублей. Военнопленным, которые трудились на нормированных работах, выдавались дополнительные суммы в зависимости от выработки. Перевыполняющим нормы полагалось 50 рублей ежемесячно. Те же дополнительные деньги получали бригадиры. При отличной работе сумма их вознаграждения могла вырасти до 100 целковых. Деньги, превышающие разрешенные нормы, военнопленные могли хранить в сберкассах. Кстати, они имели право на получение денежных переводов и посылок с родины, могли получать 1 письмо в месяц и отправлять неограниченное количество писем.
Кроме того, им бесплатно выдавалось мыло. Если одежда находилась в плачевном состоянии, то пленные получали даром телогрейки, шаровары, теплые шапки, ботинки и портянки.
Обезоруженные солдаты армий гитлеровского блока трудились в советском тылу там, где не хватало рабочих рук. Пленных можно было увидеть на лесоповале в тайге, на колхозных полях, у станков, на стройках.
Были и неудобства. Скажем, офицерам и генералам запрещалось иметь денщиков.(кстати, за годы войны Красной Армии сдалось около 200 генералов).
При чем тут наши пытки?
Тебе дали материал, чтобы высраться на бритов, а ты жопу куда-то в другую сторону разворачиваешь.
Не сбивай прицел — хезай на Альбион и получи в карму.
А я так и быть, пострадаю за тебя.
Давно отхезался на все вбросы и тупо прикалываюсь.))))
какой блядь информацией — где деньги лежат?!
или где пердел на природе
ВМЕСТО ТУПОГО РАССТРЕЛА ФАШИСТОВ — ПЫТАЛИСЬ ЕЩЕ И НАГРАБЛЕННОЕ ПРИКАРМАНИВАТЬ
Фашистов судили за нарушение конвенций по правилам ведения войн.
Осмыслить материал ты не в состоянии, да и платят тебе не за то...
Цель оправдывает средства.
Огласка ничего не изменит — просто свидетель, давший нужные показания совершит самоубийство, а не давший — умрет при попытке бегства.
Много ли мы помним людей, которые смогди противостоять системе и выжили? А опыт их борьбы используем?