Цена победы

скребут последние запасы дерьма для вентилятора

Оставим теперь шуточки в стороне. Сегодня уже мало кто помнит, что требование найти „национальную идею“ было озвучено Владимиром Путиным ещё в ноябре 1999-го года, когда он даже ещё не стал президентом. На встрече с руководителями ВУЗов и институтов он призвал к выработке новой идеи, которая, по его утверждению, должна быть основана на „патриотизме в лучшем понимании этого термина“. И нельзя сказать, что Кремль не пытался изменить ситуацию. Однако результат нельзя назвать однозначным. Хорошо это видно на примере нового дня, призванного в сознании россиян заменить годовщину октябрьской революции, Дня национального единства. Авторам идеи праздновать изгнание поляков из Кремля (а дело было в период обострения отношений России с Западом, и с Польшей в частности), наверное, не могло прийти в голову, что народ скоро станет воспринимать нынешнюю власть как захватчиков.

Итак, вместо единения против внешней угрозы мы сегодня имеем ежегодные Русские марши, где вместо обличения НАТО, Волл Стрита, коварных прозелитических католиков (ненужное зачеркнуть) звучат лозунги: «Хватит кормить Кавказ», «Россия для русских», «Вон жидов из правительства»... Кстати, по задумке националистов, в этом году Русский марш должен был иметь один лозунг: «Хватит кормить Кавказ». Но, к удивлению столичных организаторов, в Сибири на маршах лозунг видоизменился: „Хватит кормить Москву“. День национального единства достиг своей полной противоположности.

Пожалуй, наиболее удачная инициатива, на которую нынешняя власть была способна, это „георгиевская ленточка“. Она изначально была задумана в качестве аналога британских гвоздик, напоминающих о конце Великой (как мы сейчас знаем, только Первой мировой) войны. Память об Отечественной войне имеет потенциал „наименьшего общего знаменателя“. Действительно, тогда погибли миллионы человек, и трудно найти семью, которую бы общее несчастье не затронуло. Некоторые могут возразить, что на этот счёт имеют свое мнение, например, жители Балтийских государств или западной Украины. Но надо понимать, что данная акция предназначена для внутрироссийского пользования, а все протесты сторонников УПА её эффект только усиливают. Свое понимание роли Советского союза Владимир Путин выразил ясно и неоднократно: от „величайшей геополитической трагедии“ в выступлении в ООН до недавнего „надо понимать, что СССР это была та же Россия, только называлась по другому“.

Немного другую модель „российской идеи“ предлагал в своих выступлениях президент Дмитрий Медведев. Он часто говорил о власти закона, модернизации, инновациях, отказе от сырьевой экономики. Всё правильно говорил, но после четырех лет президентства наиболее мягкое прозвище в интернете это Айфончик. Это указывает на высокую степень недоверия общества к мобилизирующим идеям и идеалам, если они насаждаются сверху. Люди вполне оправданно не верят правителям, так как видят полное несоответствие слов и практики. Причём, самой реальностью они относительно довольны. Это как с больным, у которого чешется под лопаткой, и он немного прихрамывает. Но если врач ему скажет, что нужна операция, он откажется, так как последствия могут быть непредсказуемыми. Так же россияне реагируют на призывы „стать полюсом многополярного мира“, „построить инновационную экономику“, „догнать и перегнать“. Опыт слишком велик.

Многие уже подзабыли, что это не первая попытка конструирования национальной идеи сверху. Сам Борис Ельцин в половине 90-х годов поручил разработать национальную идею группе академиков под руководством Геогия Сатарова.[1] Сатаров утверждал, что стране не хватает мобилизационной идеи. Члены его группы (и не только) тогда напечатали много статей различного уровня вменяемости. Мне лично запомнилась одна. Автор утверждал, что главной идеей должно быть „стать нормальной страной“. Прошло пятнадцать лет, и несмотря на все изменения и отличия той эпохи, посыл статьи не утратил свой смысл.

russkiivopros.com

Согласен

Остальные пивасик и ягу пьют и раскормленную жопу от кресло только пожрать и посрать отрывают?