С медведем на равных Знаете, я всегда была неотъемлемой частью своей страны, все прошла вместе со страной. Наша семейная жизнь с Сергеем Бондарчуком начиналась в подвальной комнате, по которой ночью топали крысы. Ну и что из того, что я к тому времени снялась в «Молодой гвардии» и была лауреатом Сталинской премии первой степени? Это мало что могло изменить. Помню, как после съемки приехали с Бондарчуком в Театр киноактера, ночевали там, спали на диване в кабинете директора. А утром не могли изнутри открыть дверь, ломать пришлось. Опоздали на съемочный день, на меня Сергей Аполлинариевич Герасимов стал ругаться, я расплакалась и честно призналась, что нам негде ночевать… Все члены съемочной группы недоуменно переглянулись между собой: Макаровой и Бондарчуку негде ночевать?! В это никто поверить не мог. Я в сердцах заявила, что уеду домой, в Новосибирск. Вскоре велели писать заявление на комнату в коммунальной квартире, написала, вызывают в Моссовет и дают ордер на однокомнатную квартиру по Песчаной улице. Сейчас в это трудно поверить, но я плакала от счастья, когда переступила порог маленькой, но отдельной квартиры. А вы спрашиваете, кружилась ли у меня голова, когда я в двадцать два года стала лауреатом Сталинской премии ? Это не про меня, я сибирячка! Я в семь лет с медведем в лесу тет-а-тет общалась… У меня мама была журналистка и больше половины жизни провела в разъездах, и вот в одну из ее командировок мы с папой жили на прииске у родственников. Я взяла корзинку и пошла по тропинке гулять, помню, ручей бежал, под водой камушки красивые, я на все это смотрела. Не заметила, как зашла на окраину леса. Тайга в тех краях стеной подступает прямо к жилищу. Вдруг вижу: на меня смотрит огромный медведь, стоит на четырех лапах и шумно втягивает ноздрями воздух, наверное, вкусного ничего не учуял. Повернулся и медленно покосолапил в лес… Я закаленная с детства была, совсем не рафинадный ребенок. Как я из своих сибирских руд пошла в артистки? Дело в том, что Новосибирск очень театральный город, я театр любила с раннего возраста, мой папа был обладателем потрясающего голоса, работал диктором. Спустя много лет я однажды спросила Юрия Левитана: «А вы знали Владимира Степановича Макарова?» — «Еще бы! У него был замечательный тембр», — ответил мне Левитан. Мы жили в Новосибирске, в тихом доме, во двор которого даже машины не заезжали, мы там с девочками постоянно играли в театр. Главной артисткой всегда была я.